Вопросоответы: Радикальная ортодоксия / Евгений Белжеларский

Мы продолжаем публикацию тематических опросников, посвященных актуальным вопросам философии и богословия. 
Почему для современного богословия совершенно не достаточно просто бороться за самосохранение? Действительно ли «радикальная ортодоксия» — хороший пример правой мысли с левым методом? И наконец, что такое радикальная ортодоксия? На эти и другие вопросы отвечает Евгений Белжеларский.


Что такое проект Радикальная ортодоксия? (Кратко)

Это программа теологизации современной культуры, которую предполагается осуществить на основе святоотеческой мысли и средствами континентальной философии языка. Необходимость этой программы обосновывается тем, что культура модерна/постмодерна и так обладает скрытой религиозностью (еретической), которую радикал-ортодоксы берутся вскрыть с помощью философско-лингвистической деконструкции. Отсюда обращение к наследию Жака Деррида, лингвистическому структурализму и постструктурализму. Такая деконструкция неизбежно ставит вопрос о переосмыслении базовых дихотомий модерна, в частности, дихотомии «религиозное — секулярное».

«Радикальная ортодоксия» — хороший пример правой мысли с левым методом. Перспективен ли такой синтез? Что он может дать правым?

«Правое-левое» — тоже дихотомия, подлежащая переосмыслению. Левоконсервативный синтез в перспективе открывает такую возможность. Это опыт преодоления модернистского когнитивного стиля, согласно которому традиционалисты отвечают за наследие («консервируют»), а революционеры и реформаторы — за развитие. Это пример навязанной спецификации и разрывов имманентистской культуры, как сказали бы радикал-ортодоксы — отсюда, кстати, и их политические самоопределения: «голубой социалист» (Джон Милбанк), «красный тори» (Грэм Ворд). Главное здесь — ложное противопоставление двух якобы не сходящихся полюсов. Правым он дает переоснащение в области методологии и возможность добиваться культурной гегемонии так же, как это до сих пор удавалось либерализму, поглощающему, ассимилирующему дискурсы слева и справа от себя.

Что вы понимаете под возвращением метафизики в современную философию и теологию?

Статус понятия «метафизика» для философии и теологии будет разным. Я стою на теологических позициях. Поэтому для меня «метафизика» — это просто другое название мифорелигиозности универсальных систем знания. Просто сфера рациональности получает в них расширенные права за счет сферы символического и трансцендентного, в частности, формирует общий для обеих сфер язык описания. Но и только. Всякая онтология имеет теологическую (в широком смысле) надстройку как условие ее единства и целостности — даже нестабильная онтология или «структурный континуум» конструктивистов, но о них отдельный разговор. Поэтому можно сказать, что по-настоящему метафизика никуда и не уходила. Ее можно «преодолевать», но она так и не будет преодолена, это погоня философской мысли за собственной тенью.

Насколько силен сегодня кантианский агностицизм в отношении метафизики, не является ли он призраком ушедшего, но все еще бросающего длинную тень модерна?

На мой взгляд, мы из парадигмы модерна пока не выбрались. Постмодерн и метамодерн — это метаморфозы позднего модерна, его радикализация, но все тот же когнитивный стиль. Конечно, кантианский агностицизм с его «критиками» и «вещью в себе» преодолением метафизики не был. Это был лишь методологический разворот. Метафизику «преодолевали» многократно — и Хайдеггер, отделяя бытие от Бога, и, скажем, Рудольф Карнап — с помощью логического анализа языка. И всякое «преодоление» само себя отрицает, поскольку в очередной раз реконструирует отрицаемое. Все как в притче «Убить дракона»: рыцарь побеждает и сам превращается в дракона, но только за вычетом негативных коннотаций, связанных с драконом.

Дело в том, что нельзя полностью и непротиворечиво описать законы большой системы знания, не выйдя за ее пределы — то есть, не обратившись к системе более высокого уровня. Наука в ХХ веке отказалась от построения целостного «научного мировоззрения», поскольку стало понятно, что оно не будет полностью научным, а будет включать в себя метафизические допущения. Точно так же проект логического анализа языка натолкнулся на проблемы с формализацией естественных языков, с невозможностью до конца разложить их на «протокольные предложения» без потери части смысла. Или возьмем структуралистский анализ мифа об Эдипе: из 10 кодов 8 поддаются структурному анализу, а остальные исследователи вынуждены отнести к разряду «сюжетозапускающих механизмов», которые не поддаются структурному объяснению. Иными словами, при любом самоописании системы возникает некий нередуцируемый «остаток», который покрывается лишь «метафизическим» объяснением.

Идея «Прогресса всего» без определенного целеполагания, так что Прогресс сам себе и цель и объяснение — это историческая калька идеи проведенциальности и, конечно, она вполне «метафизическая». И эволюционизм и философия логического анализа строятся на абсолютизации некоего принципа когнитивной организации универсума, будь то принцип материальной предметности (в первом случае) или логической непротиворечивости (во втором). В психологии мы лишь постулируем наличие чужого сознания по аналогии с собственным, но не имеем эмпирического субстрата, позволяющего проверить это допущение (речь и поступки другого человека не равны целостному «сознанию»). Словом, во всех случаях построение идентитарной структуры универсума требует каких-то перформативных оснований, то есть — «метафизических», онтотеологических — допущений

Какие подходы вы считаете актуальными для выражения единства красоты, блага и истины?

Для меня как христианина истина — это не «что», а «Кто». То есть, Спаситель с его Крестной Жертвой. Эта истина и есть безусловное благо, но она — пример, путь, а не какая-то система теоретических доказательств. И подход здесь только один — уподобление, следование за Христом. Минимум миниморум самопожертвования — это хотя бы не жертвовать ближним, его интересами ради своих собственных. Всякое превосходство и господство над ближним уже отсылает нас к языческому институту жертвоприношений ради «блага племени», к сакральному насилию. То есть, как раз к тому, что было отвергнуто Христом. Поэтому выдавливая из себя раба (исход из рабства — тоже благо) надо не забыть выдавить из себя и господина. А вот красота — скорее вторичное понятие. Производное от добра-истины.

Какие примеры неопатристического синтеза в современной теологии можно найти помимо одноименной концепции прот. Г. Флоровского и идей РО об аутентичности патристического христианства?

Приставка «нео» указывает на преодоление встречных тенденций, на возрождение патристической мысли в новых условиях и контекстах, а не просто на погруженность в наследие, в Предание. Сам этот ход мысли очевиден для многих христиан, и для православных и даже для части католиков, избежавших соблазна секуляризации богословского дискурса. Но если понимать под данным понятием специально маркированное направление в современной теологии, то я сходу еще одно такое не назову. Надо искать.

Какой должна быть теология в XXI веке?

Мне кажется, что для теологии сегодня совершенно не достаточно просто бороться за самосохранение. Ей стоит развивать собственную эпистемологию и активно включаться в решение многих философских и социальных проблем, а не только теологических в узком смысле слова. Стоит вести поиск новых подходов для исследования проблемы «единства мира», активно отвечать на вызовы конструктивизма, философски формализовать основания и проблематику неопатристического синтеза. Все это возможно, если использовать теоретическое оснащение философии. Не стоит забывать, что современная теология — это уже теология после Элвина Плантинги — «аналитического теиста», как его называли и называют. И методы аналитической философии, а не только континентальной философии языка (при всем уважении к ней), вполне могли бы служить нуждам теологии, хотя, например, у радикал-ортодоксов и присутствует серьезное недоверие на этот счет — но, надеюсь, оно будет преодолено.

Поделиться:
Станьте автором

Присылайте свои работы — лучшие из них будут опубликованы в журнале.

Предложить материал
Подпишитесь на новости
Читайте нас в социальных сетях

Чтобы быть в курсе новых публикаций и ничего не пропустить

Читайте также:
Наверх